О нас Наши партнеры Отдел по недвижимости Новости Третейский суд Услуги Статьи и публикации Публикации о торгах Мероприятия Комиссия по правовой помощи и рассмотрению обращений иностранных граждан Контактная информация
   
Проверка членов IBIL

Поиск осуществляется по полям Ф.И.О + Дню Рождения или по ID.
Ф.И.О нужно вводить на английском языке.

Фамилия:
Имя:
Отчество:
Д.Р.: Д   М   Г
или ID:

 
 Запомнить данные авторизации на этом компьютере



Четвертые лица в арбитражном процессе, очевидное или невероятное?

Уважаемый читатель из почтенного юридического сообщества, не сочите за труд ответить на один тривиальный вопрос: может ли арбитражный суд разрешить вопрос о правах и обязанностях гражданина, не только не являющегося предпринимателем, но даже не привлеченного к участию в деле? Нет, нет…, не торопитесь с ответом! Я расскажу вам историю, которая одних позабавит, у других вызовет недоумение, у третьих – злобный сарказм, а четвертых – самых неискушенных, заставит задуматься по поводу: "а судьи кто?".
Дело, в общем, незамысловатое – ГНИ (истец) по г.Кургану обратилось в суд с иском о ликвидации одного "заброшенного" хозяйственного общества (ответчик), каких сейчас немало, судя по содержимому отдельного довольно вместительного стеллажа в 311-ом кабинете ГНИ по известному всем адресу: г.Курган, ул.М.Горького, 132. Судебное дело (для любопытных - А34-139/99-С5) – всего то с десяток страниц, включая заявление, копии уведомлений сторон, последний представленный в ГНИ баланс ответчика, ну и, собственно, решение. Доводы истца неоспоримые - действительно, налицо грубое нарушение законодательства в виде длительного непредставления налоговой отчетности и, разумеется, суд выносит решение о ликвидации. При этом вторым пунктом – "возложить обязанности по ликвидации на Иванова, Петрова, Сидорова" (фамилии вымышлены – прим. авт.) в решение затесалось как раз то, спорное основание, которое и является предметом данной статьи и отправным пунктом заголовка.
Создание предприятия (извиняюсь, …коммерческой организации, хотя, пожалуй, не каждый из юристов сегодня может почувствовать разницу, а жаль…) не представляет сегодня трудностей. Берешь типовой устав и "учдог", если требует законодательство, платишь сбор, и готово. Главное при этом, не спорить с чиновниками от властей. Не регистрируют учредительный договор? и не надо! И бесполезно Им объяснять, что согласно действующему законодательству, к примеру, для О-гО-гО, учредительными документами являются учредительный договор, подписанный его учредителями, и утвержденный ими устав (ст. 89 ГК РФ). Спасибо им за то, что хотя бы устав регистрируют, к тому же за "мизерные" ставки сбора (о…, это отдельная тема). Но, все равно, всем приблизительно понятно, как создать юрлицо.
Но вот как ликвидировать, или, если перейти на бытовой язык, "толком похоронить", - вопрос. При этом, если по-людски, надо соблюсти гарантии "погребения умершего с учетом… пожелания родственников" В данном случае родственники – это учредители и "дочки", если есть. Но отличительной особенностью "смерти" юрлица является полное отсутствие "божьего промысла" (судьбы, кармы и т.п.). Есть лишь исключительно внешняя воля. И, ладно бы, как у Гоголя: "Я тебя породил, я тебя и убью!" (ст. 105 УК РФ). Но ведь юридическое лицо может быть ликвидировано не только по решению его учредителей, но и по решению суда (ст. 61 ГК РФ).
Данная статья как раз и посвящена проблемам совершения "обрядовых действия по захоронению останков" юрилиц. И если добровольная (по решению "родителей") ликвидация не вызывает юридических проблем, то, как показывает практика, ликвидация по решению суда не так уж и проста. Поэтому анализ уже состоявшегося судебного акта, должен заинтересовать участников многих хозяйственных обществ, как действующих, так и "забытых". И если участники (учредители) "заброшенных" ТОО, ООО, ЗАО, АОЗТ полагают, что ничего и никому не должны, следует их разочаровать и предостеречь, обратив внимание на судебную "какую ни есть, но практику".
Итак, вернемся к практике (надеюсь только Курганской). Арбитражный суд возложил "обязанности по ликвидации" на учредителей. В данном случае их было трое. Но я знаю, такое же заброшенное ТОО, участниками которого являются более сотни человек, к которому областной прокуратурой уже предъявлен иск о ликвидации на основании ч.3 ст.59 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" из-за неприведения документов в соответствие закону об О-гО-гО. В данном случае прокуратура просит арбитражный суд "пригласить" в суд представителя ответчика и … гражданина К., как одного из собственников крупной доли. Полагаю, что решение арбитражного суда по этому иску пойдет по накатанной "Курганской" колее и на гражданина К. будут "возложены обязанности".
Вышеуказанное решение суда, на мой взгляд, имеет следующие серьезные изъяны, и противоречит, нормам Гражданского кодекса РФ, Арбитражного процессуального кодекса РФ, Федеральных законов "Об исполнительном производстве", "Об обществах с ограниченной ответственностью", "О несостоятельности (банкротстве)".
Во-первых, Резолютивная часть судебного акта содержит нечеткость определения и неопределенность. Указание "возложить обязанности по ликвидации на учредителей…" никак не может быть признано определенным. Согласно ст. 131 АПК "…При принятии решения, обязывающего ответчика совершить определенные действия, не связанные с передачей имущества или взысканием денежных сумм, арбитражный суд в резолютивной части решения указывает, кто, где, когда или в течение какого периода времени обязан эти действия совершить". Если от пристава-исполнителя требуется буквально "возложить обязанности", то данное решение неосуществимо, поскольку само по себе "возложение" не требует от пристава или должника совершения каких-либо действий и наступает в момент вступления решения суда в силу. Если же суд имел в виду исполнение должниками определенных действий по ликвидации ТОО, то такие действия должны быть определенно указаны в решении суда согласно ст. 131 АПК. Пристав и сам не знает, выполнения каких действий требовать от должника. На подобный вопрос отвечает: "пойдите в Мэрию, ГНИ и узнайте…". Главное для него, что бы должник принес постановление Мэрии о ликвидации. Но в настоящее время законодательно определен лишь краткий перечень действий по ликвидации, как-то: назначение учредителями ликвидационной комиссии, опубликование сообщения о ликвидации и составление ликвидационного баланса. Фактически же регистрирующий орган требует предоставления комплекта из 13 документов:

Приложение №1
  1. Заявление на имя мэра города Кургана Ельчанинова А.Ф. о ликвидации предприятия (в произвольной форме).
  2. Протокол собрания учредителей (решение учредителя) о ликвидации предприятия и утверждении ликвидационного баланса.
  3. Объявление о ликвидации предприятия в газете "Курган и Курганцы" с обязательным указанием сроков предъявления претензий для кредиторов (2 месяца).
  4. Справку из налоговой инспекции об отсутствии задолженности перед бюджетом (ул.М.Горького, 132).
  5. Ликвидационный баланс предприятия, утвержденный налоговой инспекцией.
  6. Справку об уничтожении печатей и штампов (Kaб.№ 10).
  7. Справку из Управления статистики об аннулировании кодов предприятия (ул.М.Горького, 40).
  8. Справку из Пенсионного фонда об отсутствии задолженности (ул. Красина 57).
  9. Справку из Государственного архива о сдаче документов по личному составу (ул.Володарского, 57).
  10. Справку из банка об отсутствии задолженности по кредитам.
  11. Справку от Курганской фирмы "Росгосстрах-Курган" (ул.М.Горького, 110"а", с 9.00 до 12.00 часов, ЗотовБ.Ф.)
  12. Справку из Курганской таможни (Б.Петрова, 113).
  13. Первые экземпляры учредительных документов (Устав, учредительный договор, Постановление (распоряжение) администрации о регистрации предприятия, свидетельство о государственной регистрации предприятия).
Вышеуказанные документы представляют в лицензионно-регистрационный отдел Администрации города, каб. №12
Понедельник
Вторник       с 9.00 ч. до 12.00 ч.
Четверг

Собственно же ликвидация юридического лица завершается в момент внесения соответствующей записи в реестр, что не входит в компетенцию должников и не зависит от их действий или бездействия. Поэтому полагаю, что обязанности по выполнению каждого из действий по ликвидации общества должны быть указаны в решении суда. Существующий же исполнительный документ не обязывает должников к совершению каких-либо определенных действий. В подобных случаях лицам, участвующим в деле согласно ст. 139 АПК надо не медля обращаться в суд за разъяснением.

Во-вторых, если предположить, что решением суда на должников не просто "возложена обязанность", а от них требуется совершение вполне определенных вышеперечисленных действий по ликвидации, то пристав-исполнитель не может совершить исполнительные действия, а должник исполнить требования, содержащиеся в исполнительном документе, в двухмесячный срок, как того требует ст. 13 ФЗ-119 "Об исполнительном производстве", учитывая, что согласно ст. 63 ГК РФ "…ликвидационная комиссия помещает в органах печати … публикацию о его ликвидации и о порядке и сроке заявления требований его кредиторами. Этот срок не может быть менее двух месяцев с момента публикации о ликвидации"? При этом предельный срок для подачи требований кредиторов законодательством вообще не ограничен (кроме случаев банкротства – 1 месяц). Это значит, что при ликвидации объявленный срок предъявления претензий может составить, например, "9 с половиной недель", месяцев или даже лет. Однако согласно ст.9 ФЗ-119 "…срок для добровольного исполнения содержащихся в исполнительном документе требований … не может превышать пять дней со дня возбуждения исполнительного производства…". Таким образом, ни судебный пристав-исполнитель, ни должники по решению суда не в состоянии исполнить решение суда, не нарушив положений Гражданского кодекса и попутно нескольких федеральных законов.
В данном случае возникают трудные для пристава-исполнителя вопросы.
  1. Можно ли требовать совершения действий по ликвидации от каждого из учредителей в отдельности, и может ли в этом случае каждый учредитель, например, самостоятельно образовать ликвидационную комиссию, учитывая, что согласно ч.4 ст. 29 ФЗ-119 "…В исполнительном производстве могут участвовать несколько … должников. Каждый из них по отношению к другой стороне участвует в исполнительном производстве самостоятельно …"?
  2. Может ли каждый из должников с учетом их самостоятельного участия в исполнительном производстве, предоставить протокол собрания учредителей и принять на себя полномочия по управлению делами юридического лица и выступать в суде от имени ликвидируемого лица согласно ч.3 ст. 62 ГК РФ?
  3. Можно ли требовать от гражданина, никогда не являвшегося должностным лицом организации или даже работником, предоставления в регистрирующий орган справки об уничтожении печатей и штампов или ликвидационный баланс?

В-третьих: согласно ст. 29 ФЗ-119 "Стороны исполнительного производства" "…Должником являются гражданин или организация, обязанные по исполнительному документу совершить определенные действия (передать денежные средства и иное имущество, исполнить иные обязанности или запреты, предусмотренные исполнительным документом)…". А поскольку ни в решении суда, ни в исполнительном документе не предусмотрены определенные действия, то и граждане Иванов, Петров, Сидоров не могут являться должниками по смыслу закона ФЗ-119. Но попробуйте это объяснить приставу! У него есть более весомый аргумент - штраф в размере до 200 ММОТ согласно ст. 85 Федеральному закону от 21.07.97 № 119-ФЗ "Об исполнительном производстве" и в таком же размере на основании ст. 206 АПК "Ответственность за неисполнение судебного акта".

В-четвертых, вынося решение, суд воспользовался п.3 ст. 61 ГК РФ, устанавливающей что "Решением суда о ликвидации юридического лица на его учредителей (участников) либо орган, уполномоченный на ликвидацию юридического лица его учредительными документами, могут быть возложены обязанности по осуществлению ликвидации юридического лица". Данное общее положение не дает ничего кроме неясности, и к тому же противоречит специальному порядку, установленному в ст. 57 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", согласно которому учредители имеют возможность назначить ликвидационную комиссию лишь при добровольной ликвидации. Следовательно, возложение судом на граждан Иванова, Петрова и Сидорова обязанностей по ликвидации в полном объеме, т.е. и по назначению ликвидационной комиссии, приводит к нарушению законодательства и не может быть исполнено (по крайней мере, приставом).
Впрочем, применение судом п.3.ст.61 ГК РФ вполне объяснимо. В данном случае суд излишне прямолинейно воспринял норму о возможности возложения обязанностей по ликвидации на учредителей. При этом статус учредителя: юрлицо, предприниматель или просто гражданин, значения для суда не имели. И напрасно. К чему может привести буквальное прочтение закона? Возьмем п.2. ст. 49 Налогового кодекса РФ: "Если денежных средств ликвидируемой организации, в том числе полученных от реализации ее имущества, недостаточно для исполнения в полном объеме обязанности по уплате налогов и сборов, причитающихся пеней и штрафов, остающаяся задолженность должна быть погашена учредителями (участниками) указанной организации в пределах и порядке, установленном законодательством Российской Федерации". Означает ли ст. 49 НК, что с 1 января 1999 г учредители несут ответственность по долгам юридического лица? Да, если читать Налоговый кодекс так, будто он единственный закон, и нет, если вспомнить о Гражданском кодексе. Однако потребовалось специальное разъяснение ВАС (!), чтобы все судьи поняли, как не надо разрешать подобные дела. Обратите внимание на Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 11 июня 1999 г. N 41/9 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой Налогового кодекса Российской Федерации", содержащее следующее разъяснение:
При применении данной нормы необходимо учитывать, что, поскольку в законодательстве Российской Федерации о налогах и сборах не предусмотрено иное, такое возможно только в том случае, когда в соответствии с гражданским законодательством учредители (участники) ликвидируемого юридического лица несут субсидиарную ответственность по его долгам.
Приведенный пример полностью применим и в рассматриваемом деле. Да, ГК допускает возложение обязанностей на учредителя, но судебное решение выносится по правилам единственного закона – АПК. А есть ли в АПК место для граждан, НЕ осуществляющих предпринимательскую деятельность и НЕ имеющих статус индивидуального предпринимателя? Отсюда вывод – п.3. ст. 61 ГК применима, но в рамках арбитражного процесса только к лицам, спор между которыми подведомственен арбитражному суду (ст.22 АПК). Таким образом, прежде чем возлагать обязанности на гражданина, надо доказать, что владение акциями или долями – есть предпринимательская деятельность, и акционер по статусу приравнивается к предпринимателю.
Вышеприведенные доводы конечно существенны для обоснования ошибочности судебного акта. Но все они вторичны. Главная же ошибка – решение арбитражным судом вопроса о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле. Нарушение данной процессуальной нормы согласно п.4. ч.3 ст. 158 АПК является безусловным основанием к отмене решения арбитражного суда первой инстанции. Но это теория. В жизни все гораздо интереснее.
Гражданин, который не был привлечен к участию в деле ни в качестве стороны, ни в качестве третьего лица, начитавшись АПК, посчитал, что согласно вышеуказанной норме имеет право на обжалование, заплатил государственную пошлину в размере 417 р., и ждет, наивный, что его жалоба будет быстренько рассмотрена и недоразумение устранено. Но суд, возложивший обязанности на гражданина, "в упор его не видит". И правильно, он же не участвует в деле, поскольку не положено такое статьей 32 АПК, которая знает лишь стороны (первое, второе лицо) и третьи лица. Не предусмотрено такому просто гражданину и направление решения согласно ст. 137 АПК.
Когда спустя два с половиной месяца терпение гражданина кончилось, он начал розыски следов своей жалобы. Оказалось, что его жалоба давно рассмотрена как жалоба …ответчика - ликвидируемого ТОО. Суд так прямо и указал "…ответчик просит отменить решение…". Такого подвоха гражданин не ожидал. Вроде бы чего тут неясного? На гражданина, а не на ответчика-ТОО возложены обязанности. Гражданин, а не ответчик-ТОО пишет жалобу. Гражданин, а не ответчик-ТОО платит пошлину. Непонятно, на каких основаниях заявление от одного из участников хозяйственного общества, не являющегося не только руководителем, иным должностным лицом, да и вообще работником, можно рассмотреть в качестве заявления от юридического лица? Неужели трудно отличить лицо физическое от лица юридического?
Разумеется, гражданин полагает, что его заявление осталось нерассмотренным и просит суд хотя бы пошлину вернуть. Ситуация абсурдна, но обращение к руководству суда безрезультатно – доводы гражданина "…не заслуживают внимания". Одна надежда, что в Екатеринбурге понимают разницу между физическими и юридическими лицами. Поживем, увидим.
Я уже упоминал об иске к ТОО с сотней участников, хотя в суд прокурор приглашает только одного. А как же быть с равенством перед законом и судом (ст. 6 АПК)? Надо бы всех и привлечь делу. Вот приставам работы добавится!
Если все же признать решение суда о такой ликвидации правильным, то создание ликвидационной комиссии – непременный этап исполнения решения, который может быть выполнен совместно всеми участниками. Тогда возникают дополнительные вопросы.
Является ли группа граждан, перечисленных в решении суда, должником в понятии ст. 29 Закона "Об исполнительном производстве" (далее по тексту ФЗ-119)?
Можно ли требовать совершения каких либо действий от группы граждан и является ли группа граждан стороной в исполнительном производстве?
Можно ли требовать совершения действий по ликвидации от каждого из учредителей в отдельности и может ли в этом случае каждый учредитель, например, самостоятельно образовать ликвидационную комиссию, учитывая, что согласно ч.4 ст. 29 ФЗ-119 "…В исполнительном производстве могут участвовать несколько … должников. Каждый из них по отношению к другой стороне участвует в исполнительном производстве самостоятельно …"?
Может ли каждый из должников с учетом их самостоятельного участия в исполнительном производстве принять на себя полномочия по управлению делами юридического лица и выступать в суде от имени ликвидируемого лица согласно ч.3 ст. 62 ГК РФ?
Может ли пристав-исполнитель обязать каждого учредителя организовать собрание, присутствовать на нем, и наложить штраф в случае неисполнения такого требования?
Можно ли в случае, если один учредитель не знает местонахождения других учредителей, обязать его к розыску других учредителей для организации собрания?
Можно ли требовать от какого-либо учредителя составление ликвидационного баланса в случае когда он не является должностным лицом организации и не имеет никаких данных бухгалтерского учета? На основе каких данных должник может составить такой баланс?

Так каково же быть четвертым лицом в арбитражном процессе?

Кстати, у подобных заброшенных организаций наверняка есть задолженность перед бюджетом и совсем никакого имущества. При этом согласно ч.4 ст. 61 ГК РФ "… если стоимость имущества такого юридического лица недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, оно может быть ликвидировано только в порядке, предусмотренном статьей 65 настоящего Кодекса", т.е. по процедуре банкротства. В материалах дела имеется последний представленный в ГНИ баланс и справка о задолженности по налоговым платежам, из которых видно, что требования кредиторов в случае ликвидации не могут быть удовлетворены. Следовательно, суд был обязан (если бы такое заявление поступило) рассмотреть дело не о ликвидации, а о признании юридического лица банкротом, которое "…влечет его ликвидацию" (ч.1 ст.65 ГК РФ). При этом "…порядок ликвидации такого юридического лица устанавливаются законом о несостоятельности (банкротстве)". Статья 174 Федерального закона от 08.01.98 N 6-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" также указывает, что "…Если стоимость имущества должника - юридического лица, в отношении которого принято решение о ликвидации, недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, такое юридическое лицо ликвидируется в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом".
В данном случае как раз рассматривалось дело о ликвидации юридического лица, фактически прекратившего свою деятельность. В таком случае рассмотрение дела арбитражным судом регламентируется статьей 178 ФЗ-6 "Рассмотрение дела о банкротстве отсутствующего должника". Эти нормы применяются также и в случае, когда "…имущество должника - юридического лица заведомо не позволяет покрыть судебные расходы по делу о банкротстве или когда в течение последних 12 месяцев не проводились операции по счетам должника, а также при наличии иных признаков, свидетельствующих об отсутствии предпринимательской или иной деятельности должника".
В результате же рассмотренного решения с ответчика – заброшенного ТОО взыскана госпошлина в сумме 835 рублей! Интересно, что эту третью часть решения приставы исполнять и не собираются. А как же быть с обязательностью судебных актов (ст. 13 АПК)?

В.Доможиров

РЕЗЮМЕ:
ГНИ обратилась в суд на предмет ликвидации недействующей коммерческой организации по причине нарушения законодательства в виде непредставления отчетности. Суд вынес решение и возложил обязанности по ликвидации на учредителей по ст. 61 ГК РФ. Посчитав, что учредитель не может быть участником арбитражного спора и тем более, на него нельзя возложить какие-либо обязанности, один из них обратился в суд.
Перипетии этого дела изложены в материале «Четвертые лица в арбитражном процессе – очевидное или невероятное». На прошлой неделе дело окончательно закончилось в ВАС.
Дело я выиграл. Вроде, радоваться должен, но … Грустно.
От дебильного ГК, от дебильных судей….
И поскольку жизнь продолжается, все равно поработаем над ошибками:

Кассация «увернулась» от признания судом явного нарушения процессуального законодательства в плане привлечения в дело лиц, не подпадающих под АПК – учредителей. Но вместо простого возврата дела на новое рассмотрение, сделала гораздо большую глупость – вынесла прецедентное решение, заставившее сильно «загрустить» ГНИ.
Кассация сказала: - нет деятельности – не может быть оснований для ликвидации за: «…осуществления деятельности … с иными неоднократными или грубыми нарушениями закона или иных правовых актов…». И поскольку доказательств осуществления деятельности нет, то и … суда нет. Будьте любезны, наши налоговые органы, доказать наличие деятельности!
Согласно ст. 53 «Обязанность доказывания» каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается…
ТОО доказало отсутствие деятельности … единственной бумажкой – заявлением о прекращении. ГНИ не доказало вообще ничего.
    // При таких обстоятельствах отсутствуют основания, предусмотренные ч.2 ст.61 ГК РФ для ликвидации предприятия…

Кстати, обратите внимание на «слэнг» окружных судей (например: «Предприятие»). Все-таки в статье я верно отметил что не всякий юрист сегодня отличит «предприятие» от «хозяйственного общества». Ну. Да ладно :)
    // В случае, если предприятие не осуществляет свою деятельность, оно может быть ликвидировано как отсутствующий должник в порядке предусмотренном за­конодательством о банкротстве.

А вот тут серьезнее. Ведь если читать дословно, то любое «предприятие», не осуществляющее деятельность можно ликвидировать по банкротскому закону????? А разве наличие долгов установить не нужно? Вот у меня есть «предприятие», имеющее переплату по налогам, но фактически брошенное два года тому назад. И че? На него «напялим» процедуру банкротства? :)

ВАС только повторил эту ахинею.
Грустно.

Прикладное значение: Для избежания ответственности (даже попыток привлечения) учредителей необходимо не просто бросить фирму, а предварительно уведомить все органы о прекращении деятельность (не путать с решением о ликвидации)

материал взят с сайта
www.yurclub.ru


Контактная информация © International Board of Independent Lawyers
© Международная Ассоциация Независимых Юристов
WWW.AVAR.RU  - Юридические услуги
Документ
HELP.ru - Регистрация ООО в Москве